Капитализм катастроф: Применение стратегии шока в США после 11 сентября
Идеологическая готовность к кризису
Долгое время последователям Милтона Фридмана не удавалось применить методы «шоковой терапии» непосредственно в США из-за отсутствия масштабного кризиса, который подготовил бы для этого почву. Однако события 11 сентября 2001 года радикально изменили ситуацию. В Белом доме на тот момент находилась команда, состоящая из учеников и единомышленников Фридмана, включая Дональда Рамсфельда.
Для этой группы политиков, имевших опыт внедрения радикального капитализма в Латинской Америке и Восточной Европе, катастрофа стала долгожданным моментом. Администрация Буша использовала состояние всеобщей растерянности с предельной скоростью. Идеологическое движение, представители которого ожидали кризиса подобно тому, как фермеры молятся о дожде в засуху, мгновенно осознало, что наступил их час.
Трансформация государственного управления
Массовая дезориентация американского общества после терактов стала внутренним вариантом экономической шоковой терапии. Команда Буша использовала этот шок для реализации концепции «оболочечного» правительства. Суть этой модели заключается в превращении всех государственных функций — от ведения боевых действий до ликвидации последствий стихийных бедствий — в доходные частные предприятия.
Это стало моментом возвращения идеологии, выкованной в американских университетах и отработанной за рубежом (начиная с переворота Пиночета в Чили в 1973 году), в страну ее происхождения. Радикальная антигосударственная программа, десятилетиями внедряемая в других регионах, наконец получила статус официальной внутренней стратегии.
Системные последствия приватизации
Несмотря на то, что трагедия 11 сентября во многом обнажила слабость государства, вызванную многолетним демонтажем государственного сектора, идеологи свободного рынка использовали ситуацию для дальнейшего углубления приватизации. Проблемы безопасности, проявившиеся во время терактов, были прямым следствием передачи функций правительства корпорациям, ориентированным исключительно на прибыль.
Среди критических сбоев, зафиксированных в момент катастрофы, выделялись:
- Неисправность радиосвязи у экстренных служб Нью-Йорка.
- Несвоевременное реагирование авиадиспетчеров.
- Провалы на контрольных пунктах аэропортов, где работали низкооплачиваемые сотрудники компаний-подрядчиков.
Однако вместо переоценки эффективности частного сектора в вопросах национальной безопасности, политическая элита провозгласила, что «11 сентября изменило всё», используя этот лозунг для окончательного закрепления рыночных механизмов в государственном аппарате.
Смысл
Использование катастроф для приватизации государства
Использование шокового состояния общества после терактов 11 сентября позволило американским властям радикально передать ключевые функции государства частным корпорациям. Системные провалы безопасности, вызванные рыночными механизмами, стали не поводом для реформ, а инструментом для окончательного закрепления капитализма катастроф.
Убеждения
- Кризис как возможность: Глубокое социальное потрясение является идеальным инструментом для быстрого навязывания непопулярных экономических реформ.
- Эффективность приватизации: Любая государственная деятельность, включая войну и безопасность, функционирует эффективнее, если она превращена в доходный бизнес.
- Неизбежность шока: Радикальные изменения в стабильном обществе невозможны без предварительного шокового воздействия, подавляющего волю к сопротивлению.
Ценности
- Прибыльность: Приоритет коммерческой выгоды над общественной пользой даже в вопросах национальной безопасности.
- Скорость реакции: Способность моментально использовать момент дезориентации населения для внедрения идеологической повестки.
- Идеологическая верность: Следование принципам свободного рынка вне зависимости от фактических провалов и системных кризисов.
Состояния
- Дезориентация: Массовая потеря ориентиров и неспособность населения адекватно оценивать происходящее в момент кризиса.
- Растерянность: Эмоциональное состояние общества, позволяющее властям беспрепятственно проводить радикальные реформы.
- Ожидание катастрофы: Специфическое состояние идеологических элит, воспринимающих кризис как долгожданный шанс для реализации своих планов.